Вместо предисловия факты самоисцеления

Бывший неизлечимо больной Мазнеев Николай Ивано­вич. Автор книг по народной медицине. Руководитель оздо­ровительного центра "Русич", г. Москва

"Говорят, что не существует ни рая, ни ада, ибо оттуда еше никто не возвращался. Ничего не скажу о рае, но ад я испытал на себе в полной мере. Неимоверными усилиями воли и желанием жить полноценной земной жизнью я вы­рвался оттуда. Прич и нами моего собственного заболевания могли быть последствия перенесенного на ногах гриппа, физические и нервные перегрузки, нарушения обмена ве­ществ, а может быть, и все вместе. В короткое время бо­лезнь сделала мои суставы неподвижными, боли — посто­янными и невыносимыми, лишила возможности не только радоваться жизни, но и самого желания жить. Каждое мое движение отзывалось болью во всем теле, потемнением в глазах, из груди вырывались стоны. Словно надувные, уменьшались на глазах мышцы, сильное спортивное тело усыхало.

Сначала я не верил, что болезнь зашла так далеко, считая пустяком, не заслуживающим внимания, опухший палец ноги. Но когда опухла вся ступня, пришлось обратиться к врачу. Еще через месяц ноги перестали мне всецело подчи­няться; я стал ходить, ставя ступни так, чтобы причинять им меньше боли; по дороге на работу и с работы приходи­лось подгонять себя до очередного камешка или деревца, выбранных в качестве своеобразного ориентира. А когда я не смог дойти и до камешка, отправился на лечение в арт-рологический центр, где лечился таблетками и уколами, уносившими, вместе с болью, и сознание происходящего вокруг. Лечение не вернуло суставам подвижность. С тру­дом добился приема у врача-профессора, поставившего мне

Диагноз: "Болезнь Бехтерева", — и объяснившего, что эта болезнь неизлечима.

Врачи лечили мою болезнь, но не меня — в этом и кры­лась ошибка. Формально профессор был прав: названная болезнь и впрямь считалась неизлечимой, но меня это не устраивало: жизнь полноценных людей шла рядом, а обре­ченные больные — вроде как и не вполне живые: они нахо­дятся где-то между... живыми и мертвыми, между тем и этим светом.

Я не мог смириться с трагическим исходом и попытался прибегнуть к советам Себастьяна Кнейпа. Однако, допус­тив ряд ошибок в лечении, еще год ходил, пользуясь па­лочкой, по-прежнему не теряя надежды на выздоровление. Страшное произошло через полтора года с начала заболе­вания: вместе с осенними дождями пришли невиданные ранее боли и всеохватывающая неподвижность суставов, вселявшие страх безысходности. Я стал бояться рассветов: каждое утро, точно по чьей-то злой воле, отказывал один или сразу несколько суставов. Три утра унесли подвижность ног. приходилось передвигаться при помощи рук, отняв­шихся на пятое утро. Через неделю способом передвиже­ния по квартире стало перекатывание с боку на бок со скри­пом зубов и кровью на губах.

Родные и друзья возили меня во всевозможные медицин­ские кооперативы, к знахарям и экстрасенсам, ставившим мне различные диагнозы, но не сумевшим ничем помочь. В институте ревматологии, куда я попал после всех этих мытарств, врачи поставили свой диагноз и подтвердили, что болезнь моя неизлечима. Я выписался из института на костылях, без всякой перспективы на выздоровление и с тяжелыми впечатлениями о людях, исковерканных и за­давленных этой страшной болезнью.

Потянулись бесконечные дни лежания на диване и си­дения у окна. Я уже был не человеком, а, скорее, растени­ем: без сил, без воли, без каких-либо желаний, почти не двигаясь. Способом передвижения по-прежнему служили перекатывания по квартире или "'ходьба" при помощи ко­стылей и малолетнего сына, служившего мне нянькой, по­варом и СВЯЗНЫМ с внешним миром. Если зимой я еще как­то мог переносить свое положение, то с наступлением вес­ны жить стало совершенно невыносимо: не хватало сил ви­деть счастливых, радостных людей, легко перемещавших­ся по земле, свободно владевших своим телом. Я завидовал сначала безногим инвалидам, потом — мертвым: сил боль­ше не было, вера в исцеление иссякала с каждым днем. Я мечтал о смерти, как о большом празднике, который при­несет мне покой и избавление от мук — физических и ду­шевных. Но уйти, бросив не окрепших в жизни дочь и сына, оставить их один на один с непосильными для них трудно­стями и лишениями, было еше тяжелее. Я превратился в робота, в работающий компьютер: без веры, чувств и боли, без настоящего, прошлого и будущего. Я строго следовал разработанной программе излечения болезни. Через месяц после начала лечения прекратил прием таблеток, хотя силь­ные боли уходить не спешили. Еще через месяц серьезные боли прекратились, и возвратилась подвижность к тазобед­ренным и коленным суставам, появилась вера в исцеление и страстное желание приблизить его. Через три месяца после выписки из института прошла боль в руках, к ним возвра­тилась подвижность. Через восемь месяцев я применил спо­соб лечения укусами пчел: боль притупилась, а иногда про­падала совсем. Начал понемногу заниматься атлетизмом, постепенно увеличивая нагрузку.

Через полтора года после выписки из института и через три года с начала заболевания я выздоровел: не только хожу, но и много бегаю, прыгаю через скакалку, занимаюсь на тренажерах, подвергаясь нагрузкам на уровне солидных спортивных разрядов.

Бог возвратил меня с того света и дал твердое убеждение, что не существует неизлечимых болезней, а есть лишь мало сведений о них и о людях, способных их излечивать. И еще за время болезни я понял, что надо терпимее и добрее от­носиться к несчастным — именно это делает нас людьми и приближает к совершенству.

Из многих миллиардов людей, населяющих нашу Зем­лю, нет двоих совершенно похожих друг на друга — каждый представляет собой целую Вселенную. Каждый человек не­повторим, другого такого никогда не было, нет и не будет.

Мы отличаемся друг от друга силой воздействия на нас Космоса, внутренней силой и возможностью восприятия внешних факторов: природных условий и целого комплекса различных обстоятельств — как благоприятных, так и не­благоприятных, нашей реакцией на эти воздействия, на­шей возможностью или невозможностью радоваться и огор­чаться, любить и ненавидеть. Радоваться жизни, каждому се проявлению: светлому лучу солнца, дрожащему листоч­ку надеревс... Отличаемся также отношением друг к другу. И, естественно, у двоих людей не может быть абсолютно одинаковой болезни, абсолютно одинакового ее проявле­ния и восприятия, а следовательно, и одинакового выздо­ровления. Поэтому и путь лечения у каждого должен быть свой".

Исцеление от болезни Бехтерева Нормана Казинса (США) Из книги Нормана Казинса "Анатомия Сплети глазами пациента"

Автор этой книги после стрессового переутомления и ряда других "простых"' факторов "внезапно" заболел анкилози-руюшим спондилоартритом ("Болезнь Бехтерева"). За очень короткий промежуток времени он стал неподвижным, бук­вально окаменевал. С трудом двигал конечностями и по­ворачивался в кровати. На всем теле появились узел ки, утол­щения, затвердения под кожей, указывающие на систем­ный характер заболевания. В самый тяжелый момент бо­лезни почти не разжимались челюсти, стал невозможен при­ем пищи.

Соединительная ткань в позвоночнике стала разрушать­ся-... Личный (высокопрофессиональный, умный, дума­ющий) врач откровенно сказал, что шансов на выздоровле­ние нет, гак как он лично никогда не встречал ни одного выздоровевшего после такого серьезного недуга.

Норман Казинс стал читать огромное количество разной медицинской литературы по своим проблемам, в том чис­ле такие классические книги, как "Стресс жизни" Ганса Селье, работы лауреата Нобелевской премии химика Лай-нуса Полинга о лечении рака повышенными дозами вита­мина С, книгу Вальтера Кэннона " Мудрость тела" и др. Все это привело больного к мысли, что если он будет следовать закону официальной медицины, то он обречен. И вот, под впечатлением книг об альтернативной и народной меди­цине, пациент и лечащий врач решились на уникальный эксперимент.

Норман Казинс переехал из прежней угнетающей атмос­феры больницы в гостиничный номер, где не было уколов, анализов, нервотрепки, умирающих соседей по койке, ре­жима с бестолковой суетой и бесполезных процедур. Все заменили на телевизор, по которому бесконечно крутили комедии, разного рода юмористические программы, филь­мы и т. д. и т. п. Книги на столе заменили на сборники юмора, анекдотов, веселых историй и т. д.

Это снимало боли, улучшало сон. добавляло оптимизма и уверенности. После серии "сеансов смеха" до 5 единиц падало СОЭ.

Начались эксперименты по приему аскорбиновой кис­лоты с помощью внутривенной капельницы с 10 г до 25 г при очень медленном наращивании дозы.

Через некоторое время прикратился прием лекарств и снотворных. Стали уходить боли, очень медленно возвра­щалась подвижность сперва мелких, затем и крупных сус­тавов. Стали уменьшаться узлы и т. д.

Конечно же. все это продолжалось не недели, а целые месяцы. Но итог невероятный — полное возвращение к ак­тивной жизни.

(Подробно эта и другие истории будут описаны автором в книге "Страшный диагноз...".)

История исцеления Ахьмы Нексе (Швеция)

Жила-была в Копенгагене никому не известная девушка Альма Нексе. Судьба жестоко обошлась с ней — с детских лет Альма страдала деформирующим полиартритом: скрю­чено тело, искривлены и деформированы суставы. 20 лет провела она в инвалидной коляске. Но вот пришла еще одна беда — ушла из жизни мать, единственная опора несчаст­ной девушки. Ночь после потери единственного близкого человека прошла в горестных раздумьях: как жить дальше? Охватывало отчаяние, все чаще приходила мысль о само­убийстве. Но к утру Альма вдруг поняла, что знает, как ей обрести здоровье. Надо долго-долго варить неочищенный картофель, затем размять его и в течение дня съедать эту жидковатую кашицу.

Через две недели наступило облегчение: девушка почув­ствовала, что ей стало легче открывать рот при еде, нет прежней скованности нижней челюсти, зубы уже не так стиснуты, как раньше. Через несколько недель уже никто не узнавал Альму, ставшую здоровым, полноценным чело­веком. Кто-то, возможно, недоверчиво усмехнется: дескать, чудес на свете не бывает. Как может человек, не обладая необходимыми знаниями, не располагая никакими фак­тами , так вот. вдруг, понять, как он должен лечиться? Дей­ствительно, чудес на свете не бывает, но существует никем еще не изученная сфера скрытых возможностей человека, в которую входит и так называемое интуитивное мышле­ние.

В моей жизни оно не раз указывало мне пути моих ис­следований, планы новых экспериментов и многое другое. Иногда казалось, что чей-то едва слышимый голос нашеп­тывает тебе: делай вот так, а не иначе, причем зачастую новые решения никак не были связаны с прежним опы­том или накопленными ранее знаниями.

Но вернемся к истории Альмы Нексе. Обретя здоровье, она начала действовать, чтобы помочь излечиться как мож­но большему числу людей. Она обивала пороги клиник, больниц, кабинетов частнопрактикующих врачей, но везде наталкивалась на недоверие, в основе которого лежал изве­стный аргумент: "Этого не может быть, потому что не мо­жет быть никогда". Однако Альма Нексе не сдалась: она окончила медицинский и нститут, стала врачом, начала ле-чить больных и передавать свои знания людям.

С тех пор как я услышал эту историю, прошло мною лет. Не знаю, жива ли сегодня удивительная Альма Нексе, но по отрывочным сведениям, доходившим до меня, она и в 70 лет оставалась стройной подвижной женщиной.

Чудесное исцеление Альмы Нексе, открытый сю неожи­данный эффект употребления разварного картофеля в ко­журе заставили меня особенно внимательно отнестись к

Последним работам химиков, которые обнаружили в кожу­ре картофеля вещества, оказывающие положительное воз­действие на организм человека при аллергии, тахикардии, гипертонии и болевом шоке.

Таким образом, когда мы, следуя рекомендациям дие­тологов, счищаем кожуру картофеля, мы тем самым на­рушаем природное ферментативное равновесие клубня. Известно, что 85% его сухого вещества составляет крахмал, который преобразуется в усвояемые сахара благодаря имен­но тем ферментам, которые содержатся в кожуре и в тон­ком поверхностном слое непосредственно под ней. А, какя уже говорил, согласно новейшим данным, ферментативная обработка пищевого комка в желудочно-кишечном тракте эффективна лишь при взаимодействии ферментов пиши и ферментов организма. Другими словами, ферменты желу» дочно-кишечного тракта лишь возбуждают ферменты про­дукта, включая тем самым механизм самоперсваривания. Лишая картофель крахмалпреобразующих ферментов, мы делаем его неусвояемым. При этом, как я полагаю, стано­вится возможным проникновение крахмала во внутреннюю (внутриклеточную) среду организма, что чревато тяжелы­ми последствиями. Достаточно вспомнить, в этой связи, предрасположенность к атеросклерозу многих вегетариан­цев при избыточном потреблении обогащенных углевода­ми продуктов.

Похожие записи:

Сайт Здоровье родных и близких находят по следующим фразам:

Оставить отзыв



Рейтинг@Mail.ru